Следите за обновлениями. Общайтесь с автором.

FacebookTwitterRSS

От демократии к диктатуре: туда и обратно, давно и сейчас

Как только институты демократии отправляются в дрейф за голосами электората, так сразу они сами, и поначалу не заметно для общества, начинают трансформацию в институты диктатуры. Сейчас мир в целом находится ближе к финишу этого отрезка пути. Так ли неизбежна закономерность такого движения?

Что бы объективно ответить на вопрос придётся в первую очередь, математически абстрагироваться от частностей и во-вторых. не использовать в описании процесса шаблонов привнесённых в историю этими частностями. То есть постараться, опираться и оперировать только ценностями и законами общества известными ещё с доисторических времён — с тех пор, когда впервые возникла потребность в создании государственности. Отказ же от использования шаблонов начать, например, с отказа восприятия демократии, как всего позитивного и светлого, а диктатуры, как формы обратной ей и негативной.

Принимая в расчёт две обобщённых крайности, лишь диктатуру и демократию в рассмотрении вопроса, следует понимать, что с точки зрения государственного устройства форм правления несколько больше. Аристотель, к примеру, выделял их семь, причём демократия им определялась, как одна из не правильных форм. Понятие же диктатура является формой осуществления власти, персонально или группой лиц на безальтернативной основе безотносительно к форме правления. Но таковы уж извивы языка и понятий, что ныне допустимо сравнивать формально несравнимые категории, тем более, что применять термины придётся в их сегодняшнем общеупотребительном значении. На этом реверансы для учёных умов можно считать законченными.

То, что мы сейчас называем демократией и диктатурой в различных проявлениях было свойственно всем племенам, а в последствии народам. как способы принятия решений — коллективный и индивидуальный. У каждого из способов есть свои плюсы и минусы, поэтому эффективность их применения зависит от условий жизненной среды. С развитием обществ возрастала вариабельность этих условий, приводящая их в большинстве случаев к использованию комбинированных способов принятия решений. Суждение о том, где и когда была или есть диктатура или демократия в современном их понимании строится на факте отсутствия или наличия легитимной альтернативы в лице оппозиции для смены действующей власти в государстве через законодательно определённый промежуток времени по стандартной процедуре.

Так или иначе, но только быстротой и верностью реакции общества по смене способа принятия решений в след за изменениями среды, определялась и до сих пор определяется его способность к выживанию. Вопрос перехода от одного способа принятия решений к другому в малых группах людей, в племенах с невысоким уровнем развития решался быстро и прагматично, зачастую одним ударом копья. Чем общество многочисленнее и сложнее устроено, тем инерция процесса длительнее, а последствия трагичнее. Сейчас инерция максимальна за всю историю цивилизации.

От демократии к диктатуре: туда и обратно, давно и сейчас

Гай Юлий Цезарь убит сенаторами 15 марта 44 года до н. э.
Диктатор пал от рук сторонников республики.

Современное общество есть клубок гнилых ниток с воткнутыми в него ржавыми булавками

Не важно в какую сторону происходила в обществе коррекция способа принятия решений, по сути своей этот процесс ничем не отличается от банального переворота. За редким исключением — захват власти вероломен и противозаконен, пока он не состоялся. Дело это рискованное. Печальный конец постигал многих заговорщиков и бунтарей, но те, кто одерживал верх по своей природе обладали полным набором качеств, присущих вождям. Таковых личностей всегда меньшинство.

Общество не может быть длительно, как перенасыщено лидерами, так и испытывать в них существенный дефицит. То и другое для него губительно. В первом случае состояние чревато большой кровью, во втором — большой грязью. Благо, что через пару поколений нарушенный баланс в обществе полностью восстанавливался. Так было на протяжении всей истории человечества, пока инерционность общественных процессов не вошла в зону, в которой воля активного , способного и энергичного меньшинства мало на что влияет.

Более того, всякое стремление сильных личностей к занятию значимых позиций в какой либо области способной оказать влияние на снижение уровня инертности общества воспринимается большинством, как личная угроза. Естественная конкуренция между лидерами, характерная для любого общества ранее, трансформировалась в противостояние лидеров от природы с массой большинства. Современное общество, образно говоря, утратило способность являть единое целое из прочной нити вдетой в острую иглу и превратилось в клубок гнилых ниток с воткнутыми в него ржавыми булавками.

Грядёт время диктатур

Сейчас где бы то ни было власть зависит от инертного большинства, сама является его частью и противится приходу новых вождей. Игнорирование законов конкуренции в течении жизни более чем несколько поколений, не освобождают общество от действия этих законов. Момент когда вожди станут востребованы обществом наступит в следствии его полной деградации, то есть тогда когда большинство увидит для себя угрозу в последствиях этого процесса. В таких условиях среды вряд ли стоит рассчитывать на эффективность коллективного способа принятия решений — грядёт время диктатур.

Хорошо это или плохо? Скорее неизбежно. Главным станет извечный вопрос: позволяет ли это обществу выжить и каковы возможные потери? И как всегда в истории было — выживут сильнейшие. Жестоко? Да, конечно. Естественно это или противоестественно? А вот на этот вопрос сильное меньшинство и слабое большинство отвечают по разному…

Надо отметить, в разделении людей на сильных и слабых нет никакой искусственной сегрегации. Род может быть сильным в одном поколении — в другом слабым, быть самым сильным во всём — невозможно и т.д. Личные способности и потенциал предков определяют позицию человека.

Сильные люди понимая жестокость бытия, открыто и последовательно считают данный факт естественным. Слабые же утверждают обратное, ибо по другому в этой жизни им ничего не обломится. Вне зависимости от материального достатка, ответ на этот вопрос является ключевым в самоопределении человека — слаб он или силён.

Достаток также категория приходящая, ранее в истории он сопутствовал, как правило сильному человеку, по трудам его. В понимании масштабов и закоренелости проблемы нынешней инертности общества, факт общедоступности достатка во многих и прежде всего в развитых странах является основным моментом. Необходимость быть ответственным за обеспечение себя и близких хлебом насущным ушла на второй, если не на третий план. Всё и так есть, а если хочешь сильно большего то вырваться из тисков удушающих налогов и прочих барьеров, ой как трудно. Быть слабым, то есть как все, выгодно. Умение и желание, порой вопреки ситуации, возлагать и нести ответственность основное отличие сильных людей от слабых.

Определение способа принятия решений на политическом уровне никогда в истории не входило в компетенции большинства — курс определяли лидеры. Когда они обладали качествами вождей, и, как минимум были смелы, сильны, ответственны, формы правления и осуществления власти лишь исполняли подобающую им инструментальную функцию адекватную ситуации.

Качество элит зависит от уровня доступа к политическому процессу

Источниками власти первых лиц выступали их личные качества и может быть отчасти богатство. Даже законные права на престол по факту значили меньше, чем эти качества. Ради иллюстрации из-за широкой известности стоит взглянуть на династию Романовых. Случалось, когда царю хоть в чём-то слабым быть, тогда не долго длилось царствие его. Не все монархи снискали себе славу Великих, Мудрых или Грозных, политические деятели ранних республик известны разве, что узкому кругу историков, однако мера ответственности за результат для них была единой и максимально высокой — жизнь.

Когда так опасно быть правителем, то естественно, они не щадили жизней ни своих врагов, ни своих подданных. Времена по большей части были суровые и коллективный способ принятия решений редко главенствовал в политике государств. Но с течением веков монархи просто наследуя завоевания предков, теряли то, что сделало основателей их династий Божьими помазанниками. Их интересы вступали в противоречие с интересам новых элит, порождённых промышленным развитием экономики. Предприниматели люди в принципе рисковые, но в бизнесе. Для них искренне неприемлемым оказался факт зависимости своей жизни и состояния от воли монарха. В следствии чего запустились в действие процессы демократизации обществ, прежде всего в Европе.

Тем не менее, основным источником власти до начала ХХ века народ не являлся. Полными гражданскими правами пользовалось ограниченное число лиц. Главным критерием допуска к возможности участия в политической жизни был имущественный ценз. Что важно, собственность граждан, имеющих полный набор прав, была легитимной и основу их состояний составляло унаследованное имущество или бизнес.

Прогресс требовал жертв и одной из них стало повсеместное распространение всеобщего избирательного права. К политическому процессу оказались допущены все, а следовательно и трусливые, слабые, безответственные, нищие субъекты, сделавшие в последствии свои состояния благодаря нахождению во власти и превратившие власть практически в форму собственности. Они пришли во власть не для обеспечения гарантий сохранения раннее нажитого, а за тем, чего у них ранее никогда не было и не могло быть. В итоге, к XXI веку повсеместно имеется качество властных элит, соответствующее уровню доступа к политическому процессу.

В отсутствие Бога ничтожества процветают

В действительности, как и некоторое количество столетий назад демократия мало отличима от диктатуры — источник власти, по-прежнему не народ. Диктаторы очень похожи на демократических руководителей с одной лишь существенной разницей от прошлых времён — ничтожества процветают. Уровень деспотизма при современной демократии стремиться сравниться с произволом диктаторов, и если последние действуют по старинке, то неодемократы в своей греховной вседозволенности убивают будущие поколения. Разве политическое потворство содомскому греху, абортам, эвтаназии, ювенальной юстиции, растлевающим предметам в школьной программе, легализации лёгких наркотиков, всепроникающей и растлевающей коррупции и много ещё чему — не деспотизм?

Почему столь извращённые методы давления на людей нашли применение и с чего они начались? Очевидная личная слабость элит заставляет их в целях собственной безопасности и продолжения властвования приводить народы в состояние деградации. Начало же было положено тогда, когда кто то: «крикну из ветвей — Жираф большой, ему видней.» Бога нет, а человек произошёл от обезьяны! Человек создан не по образу и подобию Божьему, а продукт эволюции — высокоразвитое животное. Раз Бога нет, то человек может всё. А если что, то какой спрос со скотины? Весь современный деспотизм построен на отсутствии ответственности человека, даже перед самим собой и своими детьми.

Человеку свойственно ошибаться при любом выборе

Аристотель был прав, причисляя власть бедного народа к неправильным формам правления. Однако философ не мог предвидеть того, что благ цивилизации хватит на то, чтобы сделать нищих, пробравшихся к власти, богатыми за столь короткий срок, что современная элита не сумела приобрести соответствующие роли качества. Первый этап пути к диктатурам давно пройден и ознаменовался он установлением во всех, так называемых, цивилизованных странах диктатуры закона, когда законодательство подменяет мораль. Не надо самому думать, взвешивать решения, за всё отвечает закон. Закон, который в значительной мере создан трусливыми, слабыми, безответственными, коррумпированными политиками и чиновниками. Ибо всё выше перечисленное от содомского греха до легализации лёгких наркотиков происходит по закону, при том, что коррупция стала нормой жизни.

Вторая фаза — это возврат к классическим формам диктатур, когда последствия диктатуры закона станут непереносимыми для общества. Люди согласятся на что угодно, лишь бы избавить себя от диктатуры закона. которая не только вторгается в их личную жизнь, но и уничтожает экономику. Объективно, «убить дракона может только дракон,» потому путь к демократии будет ещё долго заказан. Беда диктатуры закона в том, что она вынуждена скрываться под маской демократии, а общество всё больше и больше не хочет того, что сейчас называется демократией. Единственным, давно нехоженым путём, остаётся классическая диктатура.

Общество привыкшее к безответственности, даже стремясь к обратному, охотно прибегнет к услугам диктатора, который пообещает наделить каждого ответственностью. Будет так или по другому, не столь важно, как то, что появится пример ответственной политики, хотя бы не по содержанию, а по факту. В отличие от существующей безответственной диктатуры закона, классический диктатор отвечает за всё, ценой своей жизни. В этом процессе ошибки неизбежны, хождение по мукам более чем вероятно, но ввиду их очевидности и персонифицированности, окажется возможным анализ, оценка и извлечение уроков, После чего, возможно людям снова захочется демократии.

Баланс сил неминуемо изменится

Хождение обществ туда и обратно в выборе способа принятия им решений отражает постоянно изменяющийся баланс сил на всех уровнях социумов, начиная от семьи и до государственных масштабов. На практике наблюдается прямая зависимость: общества, в которых сильны институты семьи образуют сильные долго существующие государства.

Каким бы ни был способ принятия решений в обществе на государственном уровне, он не должен мешать естественному образу жизни семей — в противном случае позитивное развитие сменяется деградацией институтов семьи, общества, а в след за ним и государства. Поэтому столь важно качество процедуры допуска к участию в политическом процессе. В виду привлекательности политической деятельности, сейчас политика перестала быть местом, где доминируют люди традиционных консервативных взглядов, но это временно — баланс сил неминуемо изменится…


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>